Капсула приземлилась идеально. Когда спасатели открыли люк, все трое внутри были мертвы
30 июня 1971 года поисковая группа ждала возвращения «Союза-11» в казахстанской степи. Георгий Добровольский, Владислав Волков и Виктор Пацаев возвращались после рекордной экспедиции на «Салют-1» — первую в мире орбитальную станцию, на которой вообще удалось нормально поработать экипажу. Они провели там больше трёх недель, выращивали растения, наблюдали Землю, проводили медицинские эксперименты и почти ежедневно появлялись в телевизионных передачах.
Возвращение поначалу тоже выглядело штатным.
Тормозной двигатель отработал положенное время. «Союз» начал спуск. На нужном этапе корабль должен был разделиться на три части, оставив космонавтов внутри небольшого спускаемого аппарата. Сработали пироболты, модули разошлись.
Именно в этот момент открылась маленькая вентиляционная клапанная система.
Она вообще должна была открыться намного позже — уже низко в атмосфере, чтобы после спуска впустить наружный воздух в кабину. Но удар от разделения корабля сорвал уплотнение примерно на высоте 130–170 километров, в зависимости от реконструкции параметров полёта.
Снаружи был практически вакуум.
Воздух начал уходить из кабины.
Причём на Земле никто не понимал, что происходит. Корабль продолжал выполнять программу автоматически. Его ориентация оставалась нормальной, автоматика работала, траектория выглядела штатной. Единственной странностью было то, что экипаж перестал отвечать.
Внутри времени почти не было.
Расчёты показывают, что атмосфера кабины могла уйти меньше чем за минуту. Следствие обнаружило признаки того, что космонавты поняли проблему и попытались закрыть клапан вручную. Особенно ясно это было по положению тела Пацаева: считается, что именно он добрался до вентиля и пытался его перекрыть.
Но конструкция требовала нескольких минут работы.
У них были секунды.
Давление резко падало. Космонавты потеряли сознание, а вскоре умерли от гипоксии и последствий декомпрессии. На них не было герметичных скафандров.
И это тоже не случайная деталь.
Ранние «Союзы» могли брать троих человек только при условии, что экипаж летит в обычных полётных костюмах. Герметичные скафандры занимали слишком много места. Разгерметизацию кабины считали настолько маловероятным событием, что ради третьего члена экипажа защиту от неё фактически убрали из системы.
Сам корабль тем временем совершенно спокойно продолжал возвращение.
Раскрылся парашют. Сработали двигатели мягкой посадки. Капсула приземлилась примерно в пятистах километрах от Жезказгана настолько нормально, что поисковые вертолёты сели рядом почти сразу.
Спасатели подбежали к аппарату.
Открыли люк.
Все трое космонавтов оставались пристёгнутыми в креслах и не подавали признаков жизни. Медики начали реанимацию прямо возле капсулы, но было уже поздно. Люди на Земле только тогда окончательно поняли, что весь последний участок спуска корабль выполнил без живого экипажа.
После расследования пилотируемые полёты «Союзов» остановили больше чем на два года. Сам корабль переделали. Экипаж временно сократили с трёх человек до двух — зато теперь для них помещались индивидуальные герметичные скафандры. Изменили клапан, процедуру разделения модулей и возможность его аварийного закрытия.
С тех пор советские, а затем российские космонавты стартуют и возвращаются в герметичных костюмах.
И мне в этой истории особенно страшна не сама разгерметизация.
А то, насколько хорошо всё выглядело снаружи.
Корабль не взорвался. Не загорелся. Не развалился. Парашют раскрылся. Посадка прошла правильно.
Просто внутри уже некому было ею управлять.
©
